фото: Игорь Додон/Facebook

Президент Игорь Додон дал обширное интервью РИА Новости. Он ни разу не произнес имя лидера Демпартии Владимира Плахотнюка. Зато рассказал об «обостряющемся с каждым днем» противостоянии с парламентским большинством и правительством и пообещал блокировать все антироссийские инициативы «проевропейской власти». Додон также предрек Молдове «жаркую» политическую осень и обозначил новое «окошко» для приднестровского урегулирования. NewsMaker отобрал самое важное из заявлений главы государства.

Об антироссийских выпадах Кишинева

Уверен, что если бы не было противоречий между Россией и США, если бы Владимир Путин договорился с Дональдом Трампом, то всей этой риторики в Молдавии не было бы. Уверен в том, что нынешнее правительство пытается вписаться в новую струю конфронтации Запада с Россией и пытается на этом решить свои внутриполитические проблемы. Это не имеет ничего общего с национальными интересами Молдавии.

Это игра Демпартии в надежде получить геополитическую поддержку на то, чтобы раздавить своих оппонентов на правом фланге Молдавии и усилить свои политические позиции в республике. Думаю, что это недальновидно. Нельзя руководить страной и ставить выше национальных интересов интересы партии. К сожалению, это сейчас и происходит.

О возможных ответных санкциях РФ

Президент РФ пока — и надеюсь, так будет и дальше — мудро подходит к этому вопросу, понимая, что любое жесткое решение в адрес Молдавии будет касаться не правительства, не парламентского большинства, а простых граждан республики. Поэтому сигналы, которые мы получаем, — понимающе относятся к этой ситуации и дают нам предпосылки и надежды, что санкций не будет. Какие-то симметричные вещи по отношению к правительству, депутатам, парламенту, руководству правящего большинства, Демпартии, наверное, могут быть. Но это они (Москва) будут принимать решение. Для меня принципиально важно, чтобы не пострадал народ, чтобы не пострадали экспортеры, которые сейчас наращивают поставки на российский рынок.

О следующей встрече с Путиным

Мы запустили с нашей стороны подготовку к этой рабочей встрече. Понятно, что мы в любом случае там будем общаться. Там (речь идет о саммите СНГ в Сочи — NM) будет и саммит руководителей ЕврАзЭС, в котором я также буду участвовать, потому что мы подали заявку, чтобы получить статус наблюдателя. Конечно, мы запустили процесс подготовки встречи с Владимиром Путиным. Проинформировали об этом посольство РФ в республике. Наше посольство в России также занимается подготовкой к этой встрече.

Круг вопросов — это, конечно, двусторонние отношения, как нам пройти через все эти явные провокации против России, против президента РФ, против президента Молдавии. Как помочь молдавским гражданам, которые работают в России, молдавским экспортерам, которые поставляют свои товары на российский рынок. Безусловно, мы поговорим и о проектах на будущее. Конечно, поговорим о ситуации в Приднестровье. Всем известна моя жесткая и четкая позиция, что миротворческая операция на Днестре успешна и ее надо продолжить. Никаких вопросов здесь к миротворческой операции РФ на Днестре не должно быть и не может быть. Круг этих вопросов будем обсуждать.

Об инициативе Кишинева обсудить в ООН вывод российских войск

Это дежавю, которое продолжается в течение последних восьми лет. Представители проевропейских партий всегда на всех международных площадках, и тем более в ООН, об этом говорили. Нового в этом ничего нет. Ну еще раз заявят. Это пустой пиар-ход для того, чтобы опять как-то попытаться проявить свои снисходительность и уважение к «ястребам» из США, которые хотят ухудшения отношений с Россией. Важно, чтобы мы все понимали и в Кишиневе, и в Тирасполе, и большинство граждан Молдавии, и большинство граждан России, что это просто политическая декларация. А то, что они заявят — все так и останется.

Об объявлении Рогозина персоной нон-грата

Думаю, что это было эмоциональное решение правительства. С другой стороны, оно вписывается в череду антироссийских акций. Что дальше? Все переговоры будут вестись на уровне президента. Так можно какой-то этап времени поддерживать, но в среднесрочном периоде это невозможно. Потому что есть очень много технических вещей, которые нужно обсуждать на уровне министерств, агентств, правительств. Поэтому на данном этапе диалог с РФ ведется только на уровне президента Молдавии, так же как и по вопросам решения каких-то конкретных проблем. Скорее всего, нам придется работать так до следующих парламентских выборов.

О личном участии в возобновлении поставок электроэнергии с Кучурганской ГРЭС

Видел заявления нашего партнера с левого берега, руководителя Приднестровья Вадима Николаевича Красносельского, о том, что с правым берегом не о чем разговаривать. Что мы не держим свое слово, что мы ничего не решили. Скажу впервые и это больше для жителей Приднестровья. По просьбе Красносельского я лично занимался тем, чтобы перезаключить обратно контракты на поставку электроэнергии с Кучурган. Почему это важно для каждого жителя Приднестровья, потому что это около 70 миллионов долларов в бюджет Приднестровья. Красносельский просил, чтобы мы в эту проблему вмешались, и мы эту проблему решили. Договор о поставках электроэнергии с начала июня, который был ранее подписан с Украиной, вернулся на Кучурган. Это важно как для региона, так и для нас, потому что мы получили цену ниже для молдавских потребителей. Если бы контракт не перезаключили, то денег на выплату пенсий и зарплат в Приднестровье сейчас бы не было.

Есть и другие вещи, которые мы решаем каждый день. Сейчас мы активно ищем пути выхода и, думаю, найдем в ближайшие недели решение по проблеме ротации миротворцев. Ведем работу по связи, потому что в Приднестровье звонить невозможно. Мы дали решение по этой проблеме, но пока Тирасполь никак не хочет реагировать на это. Мы дали решение по автомобильным номерам, а также по признанию дипломов для ВУЗов.

О нежелании Тирасполя обсуждать статус Приднестровья

Понимаю, что они не готовы к решению геополитических или политических задач. Имею в виду, политического статуса. На их месте, может быть, я бы поступил также, когда из Кишинева звучат антироссийские декларации, пронатовские, заявление относительно миротворцев. Очень их хорошо понимаю. Но у них есть партнер — президент Молдавии, который был избран большинством граждан, позиция которого по многим вещам соответствует позиции жителей региона. Так давайте решать вопросы, оставим тему политического статуса после парламентских выборов 2018 года и после того, как создадим промолдавское парламентское большинство. Давайте двигаться, решать хоть какие-то проблемы, а не говорить, что Кишинев — враг. Что дальше? Не дай бог, если в Кишиневе будет пронатовский, проамериканский, прорумынский режим, не дай бог вновь развяжется конфликт на Днестре, который будет жестче, чем в 1992 году. Тирасполю нужно налаживать мосты, а не создавать агрессию. Очень важно, что простые жители Приднестровья думают иначе — они хотят сближения с правым берегом.

О следующей встрече с Красносельским

Предложил, чтобы это произошло до 15 сентября. Думаю, что было бы правильно до ГА ООН, чтобы мы высказали единую позицию двух руководителей, которых избрал народ. Услышал в ответ, что они не хотят в сентябре, а [хотят] в октябре. С моей стороны всегда была открытость, и она будет дальше. Помогал и буду дальше помогать, несмотря на разного рода заявления.

О перспективах приднестровского урегулирования

Если смотреть объективно, то, как минимум в последующие несколько лет — этот и последующий годы точно — никаких подвижек не будет. Для нас важно сохранить до 2019 года статус-кво, чтобы ситуация не ухудшилась, чтобы не развязалась новая война, чтобы не дай бог не появились силы НАТО по Днестру. Вот это наша задача номер один и параллельно решать что-то из текущих вопросов для граждан обоих берегов Днестра.

Как можно решить приднестровский вопрос? Первое и это должно быть основой — это промолдавское большинство в парламенте, которое не стремится в НАТО, не выступает за объединение Молдавии с Румынией. Такая власть может появиться в конце 2018 года — после парламентских выборов. Второе важное условие — это все-таки договориться с левым берегом создать общую страну. Это очень непросто. Разные поколения, разные системы государственного управления, разные налоговые системы. Это не год работы и не два. Третье — нужно будет найти геополитическое окошко, чтобы убедить Запад и Восток сесть за стол переговоров именно по этому вопросу, убедить Россию и США, что им выгодно в международном плане показать историю успеха в Молдавии. Это будет не просто. Но я надеюсь, что в 2019-2020 годах такое окошко у нас появится.

Поэтому оптимистичный сценарий — это 2019-2020 годы. Было бы идеально провести президентские выборы 2020 года в объединенном государстве. К этому мы должны стремиться. Чтобы и парламентские выборы 2022 года были на обоих берегах страны.

О парламентских выборах 2018 года

Было бы идеально, чтобы в будущем парламенте было промолдавское большинство без геополитики. В качестве президента буду добиваться, чтобы такое большинство было как можно шире: не проевропейское, не пронатовское, не пророссийское, а промолдавское, потому что без конституционного большинства мы самые важные проблемы не решим. Будут митинги слева или справа по тому или иному вопросу. Нам надо оставить геополитику и заниматься страной.

О своих ограниченных полномочиях

Народ доверил президенту и ждет от него каких-то конкретных решений. Глава республики выходит с этими предложениями, потому что по всем нашим предвыборным обещаниям мы сделали конкретные шаги. Все, что касается внутренней политики, — нас блокируют, а по внешней результаты у нас есть. К примеру, договоренности с РФ.

Каково решение? Варианта два. Либо чтобы у президента была возможность работать с промолдавским парламентским большинством, то чего в этом парламенте нет, но, надеюсь, что появится в следующем, либо изменить конституцию, чтобы была президентская форма правления. Первый вариант возможен только после выборов. Поэтому я и хотел запустить консультативный референдум, чтобы узнать мнение народа по вопросу расширения полномочий. Считаю, что для Молдавии выход из сложившейся ситуации — это президентская форма правления.

Реально ли это сделать до окончания срока действующего парламента? Конечно, нет. Все попытки изменения конституции, попытки референдумов они (парламентское большинство и кабмин) будут блокировать. В перспективе вижу ситуацию так: в 2018 году будет промолдавское парламентское большинство, которое будет работать вместе с президентом. Мы уже сейчас начали работу над новой конституцией объединенного государства. В рамках новой конституции надо предусмотреть дополнительные полномочия для президента в рамках объединенной страны. А в 2020 году проводить президентские выборы согласно новым реалиям и новой конституции.

Об отказе подписывать принимаемые парламентом законы

В конституции прописано, что президент во второй раз обязан промульгировать закон. Осознанно пойду на отклонение в случае, если, по моему мнению, это не соответствует государственным интересам. Речь идет о законе о 9 мая. Для нас это святой праздник, и мы не можем объявить 9 мая Днем Европы. Это день памяти, День Победы. То же самое касается пресловутого закона о так называемой российской пропаганде. Даже если парламент примет его два или три раза, я его не промульгирую и он не вступит в силу. Что будет дальше? По конституции, они должны констатировать, что президент, по их мнению, нарушил конституцию и запустить процедуру снятия президента через референдум. Я готов пойти на это. Уверен, что народ будет на моей стороне.

Конечно, мы не можем все (законы) развернуть. Хотя в своем арсенале ответов на все те законы, которые принимает власть, у нас есть и такой сценарий: не исключаю, что мы выйдем с такой позицией, что не будем промульгировать ни один закон парламента. Все зависит от того, как они будут себя вести. Но есть принципиальные законопроекты, которые я не промульгирую ни в коем случае, вне зависимости от того, что скажет парламент или Конституционный суд.

О возможности импичмента президенту

Они не пойдут на импичмент. Любой подобный шаг — это рост рейтинга президента. И они это понимают. При таком рейтинге доверия к главе республики они на импичмент не пойдут. Задача — сбить рейтинг, доверие к президенту. Для этого они провоцируют Россию, чтобы закрыли экспорт и так далее, провоцировать нас на ошибки, но мы не будем их допускать. Поэтому на импичмент они, скорее всего, не пойдут, потому что проиграют.

О «жаркой» политической осени

Очень часто в последнее время звучат призывы от моих избирателей, что мы должны взять ситуацию в руки и насильственным путем снять эту власть. Эмоции зашкаливают. Говорил о том, что в крайних случаях нам придется это сделать. Но мы должны быть очень внимательными. Не хочу, чтобы это было поводом для повторения ситуации, как на Украине. Давно бы собрал людей, и мы бы поставили точку, но я как президент и опытный политик знаю, что за первым шагом должен быть второй, третий и четвертый. Мы выйдем и что дальше? Силовое подавление, конфликт, гражданская война? А потом как это остановить? Этим же сразу воспользуются румыны, которые только и ждут, этим воспользуется НАТО.

Я сторонник того, чтобы смести эту власть демократическим путем, то есть так, как мы это сделали на президентских выборах. Уверен, что у нас есть все шансы на выборах в 2018 году. Сейчас давать им повод я бы не хотел. Да, у нас будут протесты 24 сентября, но они будут в районах. Последующий шаг в Кишиневе будет только в крайнем случае.

О Великом национальном собрании и лояльности силовиков

Если народ выйдет на Великое национальное собрание, то это не просто люди высказались. Это конкретные действия президента и народа вплоть до подписания определенных указов. Там много вещей, и у нас все подготовлено. Констатация узурпации власти и так далее. У нас есть много вариантов и подготовленных действий с нашей страны, которые я не хочу сейчас запускать. Потому что это было бы выгодно «ястребам» США.

Очень многие рассматривают нас как пушечное мясо. Я не хочу играть в их игру здесь, провоцировать ситуацию, а им нужна здесь горячая точка, чтобы попытаться втянуть Россию сюда перед президентскими выборами в РФ. Чтобы была дестабилизация и здесь, еще один конфликт. Россия не раз говорила, что в Приднестровье более 200 тысяч граждан РФ, и они их просто так не оставят.

Поступает много сигналов из правоохранительных органов, которые говорят, что если я скажу, то они будут на моей стороне, а не на их.

О скандальных учениях на Украине

Простые солдаты не виноваты в этом, они исполняли приказы. Солдаты направились туда только после того, как мы вышли с позицией, и президент подписал декрет. Мои советники разговаривали с этими солдатами. И сразу после этого их руководители дали им поручения отправиться на учения. Эти руководители ослушались и они за это ответят. Согласно действующему законодательству, президент имеет право подписать приказ, который обязателен для всех военнослужащих. Что и было сделано.

Мы обратились в Конституционный суд. Подписали декрет поздно ночью 6 сентября сразу после того, как в Официальном мониторе появилось постановление правительства. Посмотрим на решение КС, но, конечно, просто так мы это не оставим. В прокуратуру, подконтрольную Демпартии, не имеет смысла обращаться.

О бюро по связям НАТО в Кишиневе

Думаю, что молдавское правительство поторопилось с подписанием этого соглашения. Здесь моя позиция не изменится — если откроют этот офис, то мы его после 2018 года закроем. Это будет серьезной пощечиной и имиджевой потерей для НАТО. Поэтому я им посоветовал не торопиться.

Это не информирование, а открытая пропаганда и попытка навязать молдавскому обществу, что НАТО не страшно, что надо входить в Альянс. Молдавии это категорически не нужно. А вот правительству, которое подчиняется США, это надо, чтобы получить геополитическую поддержку. Но это недальновидно и несерьезно. Запад всегда сдавал своих. К примеру, Филата.

Ирина Ивашкина

Comments

comments