Еуджен Стурза стал новым министром обороны. Процедура его утверждения показала, до какой степени декоративна фигура главы государства в существующей системе власти. И, хотя президент Игорь Додон, являющийся верховным главнокомандующим вооруженными силами, сказал, что не признает нового министра, эксперты считают, что рычагов влияния на армию у него нет, пишет Newsmaker.
Зампред Народно-европейской партии Еуджен Стурза 24 октября занял кресло главы минобороны Молдовы. Оно пустовало с момента отставки с этой должности Анатола Шалару в декабре 2016 года.
Спикер Андриан Канду, назначивший Стурзу вместо президента Додона, который наотрез отказался это делать, заявил: «Сегодняшнее назначение ставит точку в институциональном кризисе. Думаю, что у нас не будет таких чрезвычайных ситуаций, а каждый чиновник будет соблюдать закон и Конституцию».
Стурза обещал работать над тем, чтобы Молдова «стала из потребителя безопасности ее поставщиком»: «Мы сделаем ставку на международное сотрудничество, которое пострадало в последнее время. Очень важно, чтобы армию не вмешивали в политические игры. Я знаю, на что иду на этой должности, и беру на себя всю ответственность».
Назначению Еуджена Стурзы министром предшествовал затяжной конфликт между президентом Игорем Додоном и правящей Демпартией. Премьер Павел Филип дважды предлагал кандидатуру Стурзы на пост министра, а Игорь Додон дважды ее отклонял, заявляя, что назначит на этот пост только профессионала (у Стурзы нет опыта работы в силовых структурах).
В итоге Конституционный суд (КС), куда обратилось правительство, постановил, что при отказе Игоря Додона выполнять свои конституционные обязанности, их могут исполнить спикер парламента или премьер-министр.
Додон заявил тогда, что ни он, ни его администрация не признают Стурзу министром. Кроме того, президент отметил, что назначенец демократов не войдет в Высший совет безопасности (ВСБ) при главе государства. Как Додон может этому воспрепятствовать не совсем понятно, поскольку, согласно указу президента об утверждении положения о ВСБ, в него входит министр обороны. Получить комментарий по этому поводу у Игоря Додона и его пресс-секретаря Иона Чебана NM не удалось — первый не ответил на отправленные ему сообщения, а второй не взял трубку.
После присяги Еуджена Стурзы Игорь Додон написал в Facebook, что «бессилие заставляет власть совершать серьезные ошибки»: «Прецедент, который демократы осмелились создать, станет инструментом, от которого они сами пострадают. Они будут поражены бумерангом, который сами же и запустили».
Опрошенные NM эксперты считают, что в этом противостоянии Игоря Додона с правительством, президент находится в более невыгодном положении. Экс-министр обороны, лидер Либерально-демократической партии Виорел Чиботару в беседе с NM подчеркнул, что министр обороны, по определению, входит в ВСБ.
«Однако, если президент не подпишет указ об утверждении его членом ВСБ, он сам же себя отключит от возможности получать информацию от министра обороны», — сказал Чиботару.
В то же время, добавил он, президент может потребовать от министра обороны прийти на заседание ВСБ, даже если тот не будет его членом, и предоставить запрашиваемую информацию.
Впрочем, по мнению Чиботару, сейчас можно смело сказать, что от президента уже ничего не зависит: он не влияет на вооруженные силы. «Фактически управление армией перешло в другие руки», — отметил он.
Еще один бывший министр обороны Виталие Маринуца считает, что куда важнее взаимодействие министра обороны с премьер-министром и парламентом, так как первый составляет бюджет Нацармии, а депутаты его утверждает.
«С президентом у министра обороны взаимодействие такое же, как и с любым другим министром. В ВСБ мнение министра обороны могут не всегда принимать во внимание. Да и решение ВСБ тоже не всегда принимают во внимание при решении проблем», — отметил Маринуца.
Впрочем, по словам Маринуцы, одна из проблем, с которой может столкнуться министр обороны, это утверждение плана основных мероприятий на следующий год.
«Этот план утверждает главнокомандующий, в нем указаны все учения армии за границей, взаимодействия с другими армиями. Все это проходит через президента. В этом случае из-за несерьезного отношения президента, из-за того, что ему не нравится министр обороны, он будет наказывать все ведомство, все структуры, отвечающие за безопасность страны», — полагает Маринуца.
«Если он не одобрит [план], это значит, что боевая подготовка армии существенно снизится. В условиях, когда у нас маленький военный бюджет, обучение, тренировка и взаимодействие с другими армиями — один из главных факторов, влияющих на обороноспособность», — сказал Маринуца. Он также добавил, что до парламентских выборов в сфере обороны не примут ни один важный документ.
Виорел Чиботару добавил, что подпись президента понадобится, например, при утверждении военных программ минобороны и программы развития Национальной армии.
«Но если он откажется подписывать, то включат уже испробованную программу: используют подпись премьера или спикера», — предположил он.
Подобное, отметим, уже случалось, когда президент Игорь Додон запретил молдавским военным участвовать в учениях НАТО на Западе Украины, а они все равно туда поехали.
По мнению Чиботару, нежелание президента признавать назначенного министра никак не скажется на обороноспособности республики, поскольку «реально у президента без ведома других ветвей власти осталась лишь возможность присуждать госнаграды».
Еще один бывший министр обороны Валерий Плешка в беседе с NM указал на то, что конфликты, развернувшиеся между правительством и президентом, не идут на пользу министерству обороны ни на внутреннем, ни на внешнем уровне.
«У нас армия и так не пользуется большим авторитетом. Есть проблемы с материально-технической базой, вооружением, бюджетами. Как солдат может пойти служить, приносить присягу, когда происходят подобные вещи?» — отметил Плешка, добавив, что после такой ситуации внешние партнеры по развитию «не будут нас воспринимать всерьез».
Говоря о взаимодействие минобороны и администрации президента, Плешка отметил, что, «скорее всего, ключевой фигурой будет госсекретарь (недавно им назначили Раду Бурдужу)».
«Министр будет бутафорской фигурой, хотя я ничего против Стурзы не имею. Думаю, все вопросы будут решаться через госсекретаря. Он станет ключевой фигурой», — отметил Плешка.
Политический эксперт IDIS Viitorul Ион Тэбырцэ считает, что конфликт президента с министром обороны не завершился с назначением Стурзы в обход главы государства.
В беседе с NM он отметил, что «социалисты и глава государства и далее будут использовать произошедшее как один из аргументов в пользу изменения формы правления в стране на президентскую».
В свою очередь демократы, полагает эксперт, «продолжат нас защищать от президента». «Это будет изображаться как борьба с Додоном, который хочет ввести форму правления наподобие той, что действует в России и Беларуси», — уточнил Тэбырцэ.
По его словам, на уровне риторики конфликт продолжится. «Пока мы не увидим, что из парламентской фракции Партии социалистов уходят депутаты и объявляют себя независимыми, или мэры-социалисты выходят из партии, вряд ли стоит верить в то, что это не мнимое противостояние. Демпартия именно такими способами борется с теми, кто ей реально оппонирует», — заключил эксперт.