Лидер непризнанного Приднестровья Вадим Красносельский на вопрос о принадлежности Крыма ответил, что по Конституции Украины — «это территория, бесспорно, украинская», а по Конституции России — российская. На встрече с украинскими журналистами Красносельский также рассказал, почему Тирасполь начал уголовное преследование экс-главы Приднестровья Евгения Шевчука и прокомментировал скандал вокруг визита в Приднестровье вице-премьера РФ Дмитрия Рогозина, сообщает Newsmaker.
О Крыме
«Вопрос о том, чей Крым — это следствие, а причина в ином. О причинах я говорил. Это — геополитическая катастрофа, которая произошла вследствие столкновения интересов двух держав. По Конституции Украины, — это территория, бесспорно, украинская. А согласно Конституции Российской Федерации, Крым — это территория Российской Федерации. Ну что тут поделать?», — сказал Красносельский, признавшись, что ждал этого вопроса.
Об отличии Приднестровья от ДНР, ЛНР и Крыма
«Первое отличие — это основа возникновения государств. ПМР появилась на этапе геополитической катастрофы под названием „распад Советского Союза”. Но эта катастрофа произошла с согласия всех геополитических игроков — элиты Советского Союза, США, европейских государств. То есть конфликта не было… Если же говорить о ДНР, ЛНР и Крыме, то здесь мы наблюдаем столкновение геополитических интересов супердержав на территории Украины, в результате которого появились новые территориальные образования. Это первое. Второе и, наверное, самое важное: по законодательству Украины эти территории — украинские. Украинские власти от них не отказывались. А вот с точки зрения молдавского законодательства Молдова от нас юридически отказалась.
Я говорю о декларациях, принятых 23 июня 1990 года. Парламент Молдовы принял решение о выходе из состава Советского Союза, признании ничтожным пакта Молотова-Риббентропа и признании незаконным создание МССР. Молдавская ССР была создана на основании пакта Молотова-Риббентропа и решения советского правительства путем присоединения Бессарабии к МАССР со столицей в Тирасполе, которая существовала с 1924 года. Парламент Молдовы за полтора года до распада Союза своим решением разделил Молдавскую ССР на два субъекта — Бессарабию (современную Молдову) и Приднестровье. Это сделал именно парламент Молдовы. Мы видим юридический отказ от территории. То есть, при распаде СССР было два правопреемника — Бессарабия и Приднестровье».
О скандале вокруг визита в Приднестровье Рогозина
«Конечно, визит Дмитрия Олеговича на наше мероприятие, посвященное 25-й годовщине миротворческой миссии, запланирован. Почему не пускают российский борт на территорию Молдовы, комментировать не буду: не знаю, по каким причинам не пускают, но считаю, что это неправильно. Но то, что делегация прибудет, это точно. В этих мероприятиях, кстати, будут принимать участие и российские миротворцы, и молдавские, и приднестровские миротворцы, и украинские наблюдатели. Это будет совместное мероприятие».
Об уголовном преследовании Шевчука
«Те деяния, в которых на сегодняшний день обвиняется господин Шевчук — это не гром среди ясного неба. Обо всех этих злоупотреблениях мы в парламенте заявляли еще в то время, когда я был депутатом Верховного Совета. Мы не обвиняли конкретно господина Шевчука. Мы не знали, кто за всем этим стоит, но эти процессы были, в принципе, на виду. Мы требовали, чтобы дали правовую оценку тем или иным действиям, событиям. Но если уголовные дела возбуждали, то следователи увольнялись, их выдавливали, движения не было. Прошли выборы. Наступил тот момент, когда дается правовая оценка деяниям, даются показания. Возникли вопросы и к экс-президенту господину Шевчуку. По представлению прокурора ПМР с Шевчука была снята неприкосновенность.
Прошу обратить внимание, что законность соблюдена. Никто не тащил господина Шевчука в Верховный Совет, никто не надевал наручники, преодолевая его, так сказать, неприкосновенность. Он был уведомлен за сутки о соответствующем заседании сессии Верховного Совета. И он сделал свой выбор — убыл с территории ПМР и свою защиту осуществляет через Facebook, что, в принципе, неправильно. Я уже обращался заочно к господину Шевчуку и предлагал выбрать правильную форму защиты. Можно даже не лично, можно через своих адвокатов. С ними будет работать следствие. Я как президент обязан соблюдать законность процесса. Остальное должно решить независимое следствие и независимый суд. Одно могу сказать: суд должен быть открытым, что и будет сделано, чтобы все слышали, чтобы не было, скажем так, закрытого, судилища. Никто не лишает господина Шевчука защиты. Он может направить своих адвокатов, представителей и участвовать в своей защите».