В отличие от России, противодействие схемам отмывания денег, смогли обеспечить на территории Молдовы, считает российский эксперт, президент и управляющий партнер юридической фирмы „Русский дом Международные Юристы”, Максим Тафинцев. По его словам, началось все с большой чистки именно судебной системы Молдовы.
О так называемых „молдавских схемах” отмывания денег в России заговорили снова после серии новых расследований. Выяснилось, что уже опробованный алгоритм продолжает применяться с некоторыми доработками. Важную роль в усовершенствованной схеме играют судебные приставы.
„На самом деле так называемая «молдавская» схема не была сильно видоизменена. Теперь юридические лица выводят за границу денежные средства с помощью службы судебных приставов”, – отметил Максим Тафинцев в интервью российскому порталу gosrf.ru.
Максим Тафинцев
Схема, по его словам, заключается в том, что два юридических лица – резидент и нерезидент, договариваются о вымышленном долге. Далее данные компании договариваются о том, чтобы фиктивным образом взыскивать данный долг.
Это делается с помощью третейских судов или с помощью мирового соглашения. Следующим действием ответчика становится согласие погасить абсолютно всю задолженность по требованию истца (нерезидента). После судебных процессов юридические лица получают долгожданный исполнительный лист, который они впоследствии вместе с заявлением о возбуждении исполнительного производства передают приставу исполнителю. После возбуждения данного производства денежные средства (долг) списываются со счетов должника на счет службы судебных приставов, а далее исполнители просто на просто перечисляют денежные средства за границу истцу.
Говорить о законности данной операции, поясняет эксперт, несмотря на то, что судебные приставы не могут проверять решения судов, не представляется возможным. Выявлять подозрительные сделки возможно. Но для этого нужны серьезные проверки, нужно проверять обороты компаний, их выручку, прибыль и другие сделки, для того чтобы сопоставить их с суммами долговых обязательств, заявленных в мировом соглашении или в третейском суде. Обязательной проверке подлежат поручители таких сделок, которые даже не подозревают, о каких суммах идет речь. Этими вопросами в Молдове активно занимается Служба по предупреждению и борьбе с отмыванием денег при Национальном центре по борьбе с коррупцией, а так же Служба информации и безопасности.
Для того чтобы максимально обеспечить противодействие данной схеме, российские законодатели должны расширить полномочия Федеральной службы судебных приставов, а так же банков. Возможно и расширение полномочий прокурора в рамках проверки таких задолженностей у двух компаний. Если активнее привлекать прокуратуру к проверке на подозрительность данных сделок, к проверке посредников таких сделок, полагаем, ситуация может немного измениться. Пока полномочий на проверку таких схем никто не имеет.
Нужно уполномочивать банки заявлять в прокуратуру или в Следственный комитет, полицию о проведении юридическими лицами сомнительных и подозрительных сделок. Тогда факты подозрительных сделок начнут выявляться гораздо быстрее и в большем количестве.
В Молдове, считает Тафинцев, противодействие таким схемам нашли, проведя серьезные чистки судебной системы. „Именно судьи могут полностью проверить сделки, их законность происхождения. Суд может истребовать дополнительные доказательства, необходимые документы, чтобы детально проверить и изучить сделки”, – отмечает российский эксперт.
От судей зависит сработает ли схема. „В ряде случаев судьи либо должным образом не изучают материалы дела, либо вовсе становятся одними из главных участников таких схем по отмыванию денежных масс. В их полномочиях уведомлять правоохранительные органы о сомнительных сделках, о юридических лицах, которые заключают сомнительные сделки”, – поясняет Тафинцев.
Поэтому на данном этапе времени в Молдове проводится серьезный контроль таких сделок, и судьи отвечают перед законом за сокрытие явно подозрительных схем со сделками, либо за умышленное бездействие, пишет gosrf.ru.
„У банков Молдовы нет таких полномочий, как и у российских банков. Они не могут направлять жалобы в компетентные правоохранительные органы и ставить вопрос о подозрительности или не подозрительности сделок. Хотя, как отмечают специалисты, это могло бы помочь предотвращать половину операций по выводу денежных средств”, – убежден эксперт.