„Вор должен сидеть в тюрьме”, — эта знаменитая фраза из советского телефильма сегодня не совсем работает. Тех, кто любит поживиться за счет добропорядочных граждан, преимущественно в общественном транспорте, особенно в маршрутках, становится все больше.
К сожалению, Жегловы и Шараповы карманников в общественном транспорте больше не ловят. Да и сами водители частных рейсовых микроавтобусов в Кишиневе стремятся всячески списать с себя вину за то, что пассажир может быть ограблен таким „специалистом”. А таких ловкачей, на фоне не совсем пристального внимания полиции, в маршрутках, автобусах и троллейбусах, а также на рынках Кишинева — достаточно.
Один из них, по имени Ион, на условиях анонимности рассказал корреспонденту Sputnik: как и где он потрошит карманы добропорядочных граждан, и что его подтолкнуло стать профессиональным „щипачем”.
„Раньше у меня была работа, потом я ее лишился, устроиться на новую не смог. Не было выхода, были долги, я связался с такой компанией, они меня чему-то научили, чему- то научился сам, и пришлось именно так зарабатывать себе на жизнь”, — признался вор.
„На хлеб”, а не „на вино”
По его словам, в кишиневских маршрутках и на столичных рынках работают как „залетные” кадры, так и профессионалы — те, кто изымают вещь или деньги из кармана так, что человек даже не почувствует.
Как правило, это алкоголики или наркоманы, которых очень легко вычислить пассажиру той же маршрутки. Они, по словам „щипача”, в основном, зарабатывают себе на дозу наркотиков или бутылку алкоголя.
„Я не пью и „зелье” не употребляю. От этого теряется ловкость рук, соответственно, очень легко попасться с поличным”, — признался собеседник.
Когда криминал семье — не помеха
Вор рассказал, что откровенно преступный способ зарабатывания денег не мешает его семейной жизни. У Иона есть жена и маленький ребенок. Супруга знает, чем занимается ее благоверный, однако не препятствует его преступному образу жизни, поскольку понимает, что пока иных средств на содержание семьи нет.
„У меня есть определенный план. Когда я выхожу „на охоту” стараюсь, конечно, собрать за месяц определенную сумму. Пока получается, и мне хватает”, — сообщил „щипач”.
Отвечая на вопрос: „не мучает ли Вас совесть, когда вытаскиваете деньги или кошелек у пенсионеров”, Ион заявляет, что в его шальном деле не место таким „предрассудкам”.
„Сначала, да, было не по себе. Но сейчас привык. Мне надо кормить семью и тут не до совести”, — отметил собеседник.
О методах „работы” в маршрутках
Уловки, применяемые „щипачем” в маршрутках и троллейбусах просты до нельзя. По его словам, чтобы узнать, где у человека лежат деньги, он роняет на пол микроавтобуса небольшую купюру, номиналом в 5-10 леев, и спрашивает: „у кого упали деньги?”.
Пассажиры маршрутки, волей-неволей, начинают невольно рукой проверять карманы и сумочки, а вор эту информацию для себя запоминает, подспудно вычисляя наметанным глазом: кто из них наиболее рассеян. Рассказал вор и о том, когда для него наступает рабочее время.
„В основном, это — утро и вечер, когда люди едут на работу и возвращаются с нее. В эти часы транспорт переполнен. Сейчас, в основном, чтобы порезать сумку или карман, работаю маленьким и хорошо заточенными ножичком. Но использую его редко. Главный инструмент — руки и их ловкость”, — заявил карманник.
При этом, он утверждает, что по отношению к маршрутам микроавтобусов, в которых он работает, постоянство — не лучший попутчик. Собеседник заявил, что постоянно меняет маршруты общественного транспорта, чтобы его было труднее вычислить.
Для кого день — базарный, а для кого — рабочий
В выходные дни, по словам „щипача”, он иногда „работает” на Центральном и других рынках столицы, когда там — большое скопление людей.
„Вычисляю наиболее рассеянного человека, слежу по его предыдущей покупке, куда он положил кошелек или деньги. Затем, если он встает в другую очередь, становлюсь за ним и вытаскиваю наживу”, — сообщил собеседник.
Смартфоны брать опасно
„Щипач” отмечает: смартфоны и мобильные телефоны он и многие его „коллеги” брать избегают. Вор объясняет это трудностью их реализации.
„Смартфоны стараюсь не брать. Их очень легко вычислить, а на местном „черном рынке” трудно реализовать, продавцы редко берут такие аппараты, а искать людей, которые их нелегально отвозят в Одессу и сбывают там, — много хлопот”, — подчеркнул собеседник.